Люди

Директор Костромского театра кукол Александр Усердин: В Кострому я вернулся заниматься искусством

Печать

16 июля 2019 года

 

Александр УСЕРДИН – костромич, родом из села Кужбал Нейского района. Артист театра и кино. В разное время работал в Московском независимом театре документальной пьесы «Театр.doc», в театре «Практика», в Центре драматургии и режиссуры, в театре им. Станиславского, снимается в фильмах и сериалах. И уже два месяца как он – директор Костромского областного театра кукол.

                                     

              «Я сам пришел»

- Александр Николаевич, если бы сама не увидела вас в кресле директора Костромского театра кукол, не поверила бы. Так и подмывает спросить – какими судьбами?

- Полгода назад мы с семьей приехали в Кострому к моему брату отмечать Новый год. Я решил куда-то сводить детей в новогодние каникулы, выбор пал на театр кукол. Достал билеты, посмотрел спектакль, театр мне понравился. После праздников уехал обратно в Москву. Потом мне позвонили знакомые из Костромы и рассказали, что в театр кукол ищут директора. А я никогда не скрывал, что хочу вернуться в Кострому. Несколько лет назад я отучился в Школе театрального лидера (образовательный проект Центра имени Всеволода Мейерхольда по подготовке кадрового резерва театров – авт.), надеясь, что смогу приблизиться к формуле, которая позволит мне заниматься искусством в полной мере. Я учился управлению театром и интеграции его в современное общество. Отправил свое резюме в департамент культуры Костромской области. Меня долго изучали и проверяли перед тем, как принять на работу.

- Получается, вы - не назначенный директор?

- Совершенно нет. Я сам пришел. И это дает мне право на абсолютную свободу и правду перед самим собой и всем коллективом театра, что я здесь не ради зарабатывания денег, не для того, чтобы занимать должность, я пришел заниматься искусством, как всегда и хотел.

- Почему все же вы, работая в театре и на телевидении в Москве, думали о возвращении в Кострому?

- Я - костромич, и горячо люблю свою малую родину. Считаю, что Кострома - один из самых красивых городов. Говорю даже не о внешней, а о какой-то внутренней красоте. Работая актером театра, я посетил огромное количество российских городов, недавно, например, вернулся из Южно-Сахалинска, но нигде мое сердце не замирало так, как в Костроме.

                                               

Ветеран новой драмы

- Вы, прежде чем ехать поступать в столичный вуз, успели еще в Костроме поучиться, верно?

- Я окончил Костромское училище культуры. Через несколько месяцев после поступления, меня забрали в армию. Пока я служил, срок срочной службы увеличили с полутора до двух лет. У меня тогда было такое разочарование. Думал, что теряю драгоценное время. Вернувшись из армии, я окончил училище. На аттестацию к нам приехал театральный режиссер Виктор Иванович Зыков. Он тогда был заведующим кафедрой режиссуры и мастерства актера в Московском государственном университете культуры и искусства. Мы как раз репетировали дипломную работу. Он посмотрел, спросил меня, что я дальше делать собираюсь, и пригласил приехать поступать к нему в университет. Я не воспринял его слова всерьез, мне было 20-ть лет, окружающие говорили, что я уже стар для актерской профессии.

- Но вы все-таки рискнули. Тяжело было мальчику из глубинки пробивать дорогу в Москве?

- Считается, если ты поступаешь в престижный вуз, тебе потом все дороги открыты. Это, оказывается, миф. Тогда нам, студентам Московского университета культуры и искусства говорили, что впереди планеты всей ГИТИС, ВГИК, «Щука», «Щепка». А мы годимся только для работы в клубах. Это очень давило. На последнем курсе я оказался в Московском независимом театре документальной пьесы «Театр.doc», и попал там в один из первых спектаклей – «Большая жрачка». Он потом вошел в историю современного театра, даже есть в экзаменационных билетах в ГИТИСе. Это был настоящий прорыв. Спектакли театра появились так внезапно, что даже эксперты «Золотой маски» не могли определить, куда их отнести. Мы возили спектакль за границу, в Даугавпилс, и люди выходили из зала с криками: «Что вы нам привезли, ублюдки?». А в Москве была фантастика – зал трещал. Потом меня пригласили в театр «Практика». Там я работал с Русланом Маликовым, затем был Центр имени Мейерхольда, театр имени Станиславского.

- Вы, получается, в числе первых артистов новой драмы?

- В одной из своих статей известный театральный критик Елена Ковальская написала, что я являюсь «ветераном новой драмы». Так что, наверное, можно и так сказать.

- У вас есть табу в профессии, то, чего вы никогда не сыграете на сцене?

- Я абсолютно против какой-либо агрессии, я даже против того, чтобы люди просто выносили на сцену оружие. Философ Протагор говорил: «Человек есть мера всех вещей». Это, наверное, мой девиз и мое кредо на всю жизнь.

- Однако у вас есть роли, где вы играете военных.

-  Да, например, в дипломном спектакле «Истребитель класса «Медея» по пьесе Максима Курочкина, мы все военные. Спектакль «Сфорца» в Центре имени Мейерхольда - это политическая сатира. Я сыграл там герцога Висконти - тирана, который готов всех уничтожить ради своих целей. Очень любил этот спектакль, там можно было открыто говорить, что я против войны, говоря о том, что война – это необходимость. В Центре имени Мейерхольда идет спектакль «Саша, вынеси мусор» по пьесе украинского драматурга Натальи Ворожбит в постановке режиссера Виктора Рыжакова. Я играю там Сашу. История о войне простая, и в то же время страшная. Было бы неплохо привезти этот спектакль в Кострому.

- Ваши съемки в кино с чего начинались?

- Кино для меня начиналось с массовок, и это было очень интересно. Когда ты сам приезжаешь на съемочную площадку, сам устраиваешься, сидишь, ждешь часов десять, для того чтобы просто пройти где-то на заднем плане. Потом постепенно стали появляться эпизоды, роли в сериалах, в кино. Я бы не сказал, что у меня большая фильмография, но она интересная. Я очень хотел играть в телеспектакле. И меня утвердили на роль в телеспектакле «Ад, Цуриков и другие» по пьесе Максима Курочкина. Этим летом сидел, думал: «Я вроде из села, а меня все снимают в ролях людей в пиджаках, директоров». И тут начинаются съемки сериала «Фермерша», и я там фермер. 

- То есть, мысли все-таки материальны?

- Так бывает, когда запускаешь их куда-то далеко, и в правильном направлении.

- А было такое, что роль в кино находила вас случайно?

- Как-то режиссер фильма «Облепиховое лето» Виктор Алферов позвонил, говорит: «Мы снимаем трейлер на питчинг (презентация кинопроекта с целью поиска инвесторов – авт.), нужна твоя помощь». Мы с Андреем Мерзликиным записываем маленький трейлер. Виктор мне после говорит: «Я хочу, чтобы ты у меня снимался в кино». Предполагалась сначала одна роль, но сыграл я в итоге другую, единственного отрицательного персонажа в фильме. Видимо, у меня отрицательные герои лучше всего получаются.

                               

Курс - на обновление диалога со зрителем

- Сейчас у вас новая интересная роль - директора. Куда поведете театр под своим началом?

- Мы взяли курс на обновление диалога со зрителем. Чтобы человек, приходя в театр, понимал, что здесь нет развлекательного жанра в чистом виде, надо еще и думать, примерять на себя то, что мы показываем. Поэтому очень важно ставить спектакли для школьников, для старшеклассников, для взрослых. Сейчас я веду переговоры с небольшими театрами, которые работают для детей, и для взрослых, ставят современные пьесы. В Костроме все хорошо в плане традиций, наследия. Но у нас есть молодежь, которая интересуется тем, что происходит за пределами области. Они смотрят ютуб, посещают театральные фестивали, ездят отдыхать и там сталкиваются с другим подходом к искусству, оно может быть непривычным, но при этом выводит на другой уровень понимания, вдохновляет на совершение поступков. Так было и со мной. Организовать такой культурный обмен – одна из задач, которую я перед собой ставлю. Театр кукол должен стать культурным центром, где мы смогли бы искать ответы на вопросы: что дальше, куда нам идти, на каком языке говорить с молодежью, со зрителем старшего поколения, который на самом деле тоже в поиске.

- Планы, прямо скажем, у вас наполеоновские.

- Я прекрасно понимаю, что все будет не сразу. Я говорю об этом с прицелом лет на десять. Мы планируем инициировать запрос к созданию в городе Дома актера, чтобы объединить театральные коллективы, потому что в плане сотворчества мы не конкуренты, а единомышленники. Наши двери всегда открыты для творческих вечеров, лекториев, видеопоказов. У нас будут проходить поэтические вечера, планируем делать читки и приглашать артистов из других театров, создавать экспресс-постановки, когда за 3-4 дня ставится спектакль. И это далеко не все наши планы.

- Любое развитие – это хорошо. Но пока так и хочется воскликнуть – не верю!

- Когда тебе говорят, что ты слишком старый, чтобы стать актером, что поздно уже куда-то поступать, что ты поступил не в тот институт, главное верить в то, что делаешь. Я еще во время учебы собирался поступать в ГИТИС к одному известному мастеру. На вступительных экзаменах передо мной блестяще выступил мальчик, и его взяли, а я провалился. Спустя годы, я встретил его в метро. Разговорились. Он рассказал, что ушел из театра, занимается продажей ксероксов. Человек окончил ГИТИС и, по сути, предал профессию. Это было очень печально, но и показательно: не важно, где ты учишься, и как тебя называют, главное - остаться верным своей профессии и двигаться в выбранном направлении. Всякие искушения могут быть. Держите удар, продолжайте двигаться, не смотря ни на что, и все обязательно получится. 

                                                                                                     Екатерина МАЙ

                                                                                                     Фото Николая НОВИКОВА