Люди

Наталия Бобкова: Иногда не знаешь: то ли ты ведешь куклу, то ли она тебя

Печать

22 июля 2014

Сорок лет актриса Костромского областного театра кукол, заслуженная артистка РФ Наталия БОБКОВА играет принцесс, мышат, зайчиков, гусят, белочек, слонят и других сказочных героев. Занята в поэтических спектаклях театра кукол, давно ставшими любимыми «сказками» для взрослых костромичей - «Синий вечер» и «Исповедь».
Сказки – это ее работа, и она за всю свою творческую карьеру им ни разу не изменила. На закрытии 77-го театрального сезона Наталия Михайловна получила сразу две премии: «Любимец публики» и «Лучшая мужская роль второго плана» за роль Слоненка в сказке «Новый год в Африке».
 
«Оторвать кусок пожирнее – не для меня»

- «Лучшая мужская роль второго плана» у заслуженной артистки – такое, наверное, только в театре кукол возможно?

- Не только. В любом театре такое бывает. Но у нас - чаще.

- Говорят, в театр кукол работать идут артисты, которые в детстве не наигрались в игрушки. Вы с этим согласны?

- Так обычно говорят люди, которые не знают специфики нашей работы. Я считаю, что в театре кукол служат фанаты своего дела. Причем, большинство – романтики, которые любят искусство. У нас искусство связано с воплощением образа через куклу, которую мы на сцене оживляем.

- Оживляете?

- Самое главное волшебство происходит, когда не знаешь, то ли ты ведешь куклу, то ли она тебя ведет. Текст сама говоришь, но чувствуешь, что это она говорит, она тебя ведет. И даже удивляешься тому, что делает кукла.

- Вы смотрите, как создают куклу, с которой вам предстоит  работать?

- Обязательно. Это важно и нужно даже в чисто практическом плане. Когда художник делает куклу, я прихожу, смотрю, чтобы гапит (приспособление для управления куклами – авт.) был не меньше и не больше. Потому что если он будет меньше, то куклой управлять станет неудобно. Когда он упирается в ладонь, это помогает держать куклу  на протяжении всего спектакля. Или если трости окажутся короткими - не сможешь руки поднять, потому что будет видно кисть из-за ширмы.

- Я замечаю, что на фотографиях куклы даже внешне похожи на своих актеров-кукловодов. Это случайное совпадение или один из секретов театра кукол?

- Не думаю, что это случайность. Художник, создающий ту или иную куклу, определенный персонаж, внешне наделяет ее качествами, которые должен воплотить актер. Не зря говорят, что кукла слилась с актером.

- У вас есть герой, который на вас похож, если не внешне, то, может, по характеру?

- Каждая моя роль и каждая кукла похожи на меня. А, может, мне это кажется. Мне, например, близка роль Слоненка в сказке «Новый год в Африке». Он немногословен, я сама в жизни очень немногословна, больше наблюдатель и слушатель. Мне не хватает активности, я непрактична, хотя по нашей жизни это, наверное, плохо. Но я считаю, что в каждой ситуации должно присутствовать благоразумие. Оторвать себе кусок пожирнее – это не для меня. Можно выйти из ситуации и по другому, не навредив никому.
       
«Нашу специальность нельзя назвать работой»

- Актеры часто говорят, что они «служат» в театре. Как думаете, почему?

- Наша специальность необыкновенная, ее нельзя назвать работой, хотя она даже в физическом плане сложная. В словах «служить в армии» заложена любовь и преданность Родине. А от фразы «служу в театре» идет какая-то преданность театру, профессии актера.

- А вы как оказались в театре кукол?

- Видимо, с помощью какой-то силы, которая меня туда привела. В детстве у меня была очень развита фантазия. Я сама придумывала игры, сочиняла сказки, сама их разыгрывала. Я - седьмой ребенок в семье, так что зрителей было достаточно. Очень любила петь, пародировала Эдиту Пьеху, Людмилу Зыкину. Получалось смешно, и в то же время мило. Однажды меня попросили спеть на свадьбе какую-нибудь песню, я подумала и запела: «Матушка, матушка, что во поле пыльно». Мне было лет десять. Телевизоров тогда не было, я много слушала радио. Очень любила сказки Николая Литвинова, который в десять часов утра говорил: «Здравствуй, мой маленький друг». Когда выросла, поступила в колледж культуры на специальность «Артист и режиссер народных театров».

- Но это все-таки не совсем кукольная специальность.

- Мой педагог Петр Тимофеевич Гришин решил создать из студентов группу, которая начала изучать искусство театра кукол. Я тоже решила попробовать. Мы сделали два спектакля с куклами, ездили с ними по садикам, проверяли реакцию детей. Однажды Петр Тимофеевич привел нас на экскурсию в театр кукол, там как раз шла репетиция сказки «Аленушка и солдат». Мне все это стало настолько интересно. И какая-то пробежала волна во мне, я стою и думаю: «Я, наверное, здесь буду служить». Так оно и получилось.

- Какая была ваша первая самостоятельная роль?

- Медвежонок Рим-Тим-Ти. Режиссером театра тогда был Анатолий Васильевич Горелов, он давно мечтал поставить этот спектакль. Он сказал: «Пришла Наташа, и я увидел в ней Медвежонка». По сюжету медвежонок, как и многие дети, мечтает о собаке, но родители не разрешают ему ее завести. Он знакомится с песиком, и они становятся друзьями. Щенка играл Геннадий Иванович Развалов – великолепный кукловод. Щенок был маленький, связан из ниток, но настолько живой и естественный, что я в этого щенка влюбилась. И оттого, что я настолько искренне его полюбила, видимо, и получилась эта роль медвежонка Рим-Тим-Ти. А там уже пошли принцессы, звездные царевны, зайчики, белочки, медвежата, ведьмы. Мне посчастливилось работать со старейшими актерами театра - Людмилой Владимировной Быковой, Антониной Григорьевной Скрипниченко, Надеждой Сергеевной Казаковой. Режиссер Вячеслав Августович Бредис привил мне настоящую любовь к кукле.

- Не было желания себя попробовать в театре драмы?

- Профессия актера драмы прельщает многих, артист там всегда на виду, в красивых костюмах, может выражать эмоции на сцене. Когда я провожу творческие встречи, всегда задаю вопрос – чем отличается артист театра кукол от артиста драмы, все говорят: вас не видно, вы за ширмой. На самом деле, у нас театр разносторонний. Сейчас мало кто работает за ширмой с тростевой куклой. Мы больше работаем с планшетными куклами, с марионетками, или просто в масках живым планом.

- Сложно столько лет хранить верность театру кукол?

- Лично для меня нет, не сложно.
                 
Дети умнее взрослых

- Вам ваша работа в повседневной жизни помогает?

- И не только мне, думаю, что всем актерам театра кукол. У нас лучший зритель, ребенка сложно обмануть. Надо быть на таком высоком уровне, чтобы получился диалог между зрительской аудиторией и артистом. Ребенок может во время спектакля двигаться, что-то обсуждать с другими детьми, это не значит, что он не смотрит и ему не нравится. Когда идет веселая сцена, дети реагируют. А когда их задевает, говоришь через ширму, а в зале тишина – ребята замирают. Может, они недостаточно еще знают жизнь, но они чувствуют ее на какой-то очень тонкой волне.

- У вас дома есть куклы?

- Естественно. У меня есть внучка Маша, ей пять лет, я смотрю на нее и узнаю в ней себя маленькую. Очень интересно наблюдать за ней. У детей настолько развита фантазия, и логика очень интересная. Они умнее нас. Когда Маше не было еще трех лет, она приходила на спектакль «Гусенок», я там играю Гусенка планшетной куклой. Гусенок - шалун, не слушается Аленку. После спектакля я внучку спрашиваю: «Марусь, что тебе понравилось в этом спектакле?» Думала, она скажет: «Гусенок, потому что его бабушка играет». А она говорит: «Гусенок – нет, он непослушный. Понравился зайчик – он с красивым бантом, хорошо танцует». Мне это понравилось, что у нее своя логика. И очень порадовало, что она, смотря сказку, не видела бабушку.

- Детям, безусловно, надо ходить в театр кукол, а взрослым?

- Конечно надо, обязательно!

- Почему?

- А как они иначе будут воспитывать своего ребенка? Открывать в нем новые черты характера? Развивать его? Однажды, я увидела у нас в театре беременную молодую женщину. Она так скромно спросила: «А у вас взрослых без детей пускают?» Я говорю: «Конечно, тем более, вы с ребенком». Потом мне стало интересно, я спросила: «Вы это для себя?» Она отвечает: «И для себя, и для будущего ребенка. Пусть он слушает музыку, чувствует мои положительные эмоции. Я хочу окунуться в детство». Очень часто взрослые наши спектакли смотрят лучше и реакция у них удивительней и ярче даже, чем у детей.
                                    

Екатерина МАЙ