Люди

Никас Сафронов: В армии мои картины сжигали

Печать

23 января 2018 года

 

О Никасе при жизни слагают легенды, поклонники считают его одним из ведущих художников мира, а его картины – символом эпохи. В прошлом месяце маэстро побывал в Костроме. На открытии своей персональной выставки он любезно согласился ответить на вопросы нашего корреспондента.

 

Родом из детства

Его полотна и правда зачаровывают. В них есть все и для всех: немного гламура, немного печали, немного мистики. Вечные загадки бытия явно не дают художнику покоя.

- Давайте вспомним, Никас, как все начиналось. В молодости у вас был период исканий или вы сразу нашли свой путь?

– У нас была большая семья – в общей сложности шестеро детей, пять братьев и сестра, из братьев самый младший – я. Мы росли, как трава на улице, в школе я не надрывался: что схватил на лету, то и застряло в голове. Лет в семь у меня сформировалось решение стать поваром. Сказались впечатления барачной жизни. Те бараки построили военнопленные немцы для рабочих автозавода. Там все праздники и поминки справлялись совместно. Мне нравилось смотреть, как женщины стряпают, я пытался участвовать в процессе…

- Вы, кажется, уроженец Ульяновска?

- Мама у меня наполовину литовка, в 30-е годы их семью сослали на Сахалин. Мой отец служил там в армии, они познакомились. Потом переехали в Ульяновск, отец преподавал в танковом училище, затем вышел в отставку и пошел работать на завод.

- Ваша детская мечта не осуществилась?

- Никем, кроме повара, я быть не хотел, пока в школьной библиотеке не наткнулся на книжку о пиратах. Кулинарные изыски не шли ни в какое сравнение с похождениями капитана Блада. Сразу стало ясно, что без моря не смогу жить, что это моя судьба и только надо дождаться окончания школы, чтобы поступить в мореходное училище. И после восьмого класса я поехал в Одессу осуществлять свою заветную мечту. Скажу сразу, ожидания мои не оправдались. Проучившись в мореходке год, переехал в Ростов-на-Дону и поступил в художественном училище имени Грекова, где обучался по классу живописи. Учебу совмещал с работой в театре юного зрителя художником-бутафором.

- Но уж это училище вы, конечно, окончили?

- Нет, не удалось - был призван в армию. Службу проходил в ракетных войсках в Эстонии, в городе Валга. Там, даже на боевом дежурстве, продолжал рисовать. Когда это обнаруживалось офицерами, меня наказывали, картины сжигались на костре. После армейской службы переехал в Литву, где мне посчастливилось поработать в театре Донатоса Баниониса художником. В Вильнюсе же поступил в художественный институт (ныне Академия художеств), там получал образование с 1978 года по1982-й.

 

Из жизни - на холст

В 1983 году Никас Сафронов переехал в Москву, пытался пробиться на выставки, но работы у него нигде не брали. В 1985 году он принял участие в художественной эротической выставке в столице Японии, в следующем году выставлялся в Милане, потом были Франция и Канада. За рубежом он познакомился с итальянским коллекционером Черази, купившим несколько полотен. Затем появились заказчики и в России, причем, все более высокопоставленные. Пришли известность и слава, финансовый успех.

- Расскажите подробнее о своем творческом пути.

- Я ездил в Загорск изучать иконопись, во Францию - импрессионистов, познавал творчество старых мастеров в Италии, проучился восемь месяцев в Голландии, в Лондоне изучал Уильяма Тернера, участвовал в различных спектаклях, расписывал тарелки на Ломоносовском фарфоровом заводе, был даже художником по тканям. То есть, я все время самообразовывался, открывая что-то новое для себя, и до сих пор учусь.

- Как у вас родилась идея цикла людей со звериными головами?

- Однажды я провел в египетских пирамидах трое суток один, и мне приходили разные видения: люди с различными головами: это были и кошки, и шакалы, и собаки, и лошади. После этого возникла серия-цикл «Люди-животные».

- Какой в этих картинах глубинный смысл?

- Когда мною изображаются люди с головами животных, то тут есть метафорическое, я бы даже сказал, мифологическое представление о том или ином человеке. Ведь по сути все мы похожи на животных, но каждый – на своего. Один похож на льва, и часто даже поведение его соответствует этому образу. Другой – на кролика, третий – на собаку. Зачастую вглядываясь в эти мои работы, зрители узнают реальных людей.

- Как вы относитесь к негативным оценкам со стороны ваших критиков?

- Некоторых людей трясет от успеха другого человека. Для рода человеческого это нормальное состояние. Чем больше ты на виду, тем больше на тебя нападают. Это неотъемлемая часть популярности. Сам я открытый человек и ничего не могу с этим поделать. Поэтому даю интервью, много путешествую, встречаюсь с людьми.

 

Простые вещи

- О вас пишут по-разному: то как о трудоголике, то как о светском человеке, любителе тусовок. А на самом деле вы кто?

- Ну, что вы, я давно отошел от светской жизни. Сейчас я человек, который просто хочет выспаться. У меня даже есть серия картин на эту тему: на одной подушка нарисована, на другой спящая под кустом собака. Я уже много лет сплю по три часа в сутки, начал уставать.

- Вы сами себе такой режим установили? Или жизнь заставила?

- Да я и в юности уже мало спал. Учился и работал. Утром - в училище, потом шел разгружать вагоны, потом - в театр, где тоже подрабатывал, чего-то ел, шел сторожить и там же подрабатывал дворником, потом возвращался - час спал, и все начиналось снова: училище, вагоны и так далее.

- И совсем-совсем не получается выспаться?

- Ну почему же? Организм борется за свое выживание: иногда я просто отрубаюсь и сплю часов 12-15 подряд. Это примерно раз в месяц происходит.

- А лениться вы умеете?

- Умею, наверное. Смотрю фильмы, все подряд: и дурацкие, и хорошие. Читаю книжки. Недавно был в Ижевске - меня устроили в номере, где на полке стояли книги. Просто для интерьера. И я там нашел Ивана Никитина. Это великий русский поэт, я в него просто влюбился! И в итоге книжку украл. Впрочем, оставил вместо нее тысячу рублей. Надеюсь, она стоит меньше.

- Вы любите роскошь?

- Скорее нет, чем да. Я люблю просто хорошие вещи. К обуви требование тоже простое - должна быть удобная. Жилье выбираю с красивыми видами из окна. А вовсе не потому, что где-то рядом живет, скажем, Пугачева. Я не привередлив: если у меня отнять изысканный дорогой ресторан, я вполне могу поесть в дешевой столовке или сам приготовить еду. По утрам обычно варю себе манную кашу.

 

Пусть все сбывается

Сафронов говорит, что он постоянно экспериментирует, работает в различных стилях. У художника три (!) мастерские: в одной он пишет портреты, в другой работы в стиле символизма, а в третьей - картины в авторской технике дрим-вижн, особенность которой в многослойности.

- Многие художники уезжают за границу - Эрнст Неизвестный, Михаил Шемякин и так далее…

- Я патриот своей страны, хотя и зарабатываю большую часть своих денег за рубежом. К тому же я не знаю другого языка кроме русского, и уже после недели пребывания в другой стране мне становится скучно. Мне интересна жизнь именно моей Родины, я хочу здесь жить и творить.

- Скажите, вы часто принимаете участие в благотворительных аукционах?

- Я участвую в десятках, сотнях акций и аукционов. Мама нам говорила: «Когда вырастете, дети, заработав три копейки, отдавайте одну на благотворительность». Слава Богу, обстоятельства – не будем называть их высшими силами – позволяют мне неплохо зарабатывать. Вношу средства в различные фонды, помогаю детям. В память мамы построил часовню, потом построил храм в Ульяновске.

- Мы с вами беседуем накануне Нового года, а существуют ли в вашей семье какие-то традиции по встрече этого праздника?

- Сейчас уже нет, а вот раньше, когда была жива мама, то каждый Новый год она обязательно делала гуся с яблоками и большие пельмени из требухи. Это такое национальное блюдо. И она готовила их по особому рецепту, добавляла какие-то специи, травы, и они от этого становились очень сочными и необыкновенно вкусными. Признаюсь, ничего вкуснее я никогда в жизни не пробовал. Это были фантастические пельмени. Таким же вкусным был и гусь. На Рождество и Старый Новый год загадывали желание, и все задуманное обычно осуществлялось.

- Вы как-то признались, что до сих пор перед сном читаете сказки. Для вас это возможность уйти от суровой реальности?

- Скорее, что-то вроде успокаивающего снотворного. Когда ложишься спать, то уходишь в мир иллюзий и понимаешь, что мир бесконечен. Сказки, созданные века назад, переносят тебя в другое время. Сказки – это и мечта, и молитва на ночь. Мне кажется, сегодня людям не хватает элементарных вещей – им надо вспомнить детство, свои детские мечты и сделать что-то доброе. Этого я и хочу пожелать костромичам.

Олег САМОЙЛОВ

Фото Николая НОВИКОВА