Спецпроекты

Привычка прививать

Печать
Дата публикации

20 октября 2020 года

 

Сейчас, когда мир стоит на пороге массовой вакцинации от коронавируса, полезно вспомнить, как входили прививки в повседневную жизнь людей и какие эпидемии этому предшествовали.

 

Обмен болезнями

В Древней Греции и Риме оспы не было. Можно сказать, что эту страшную болезнь «подарил» Европе технический прогресс. В древности путешественники, заболев в пути, либо умирали, либо, переболев, становились неопасными для окружающих. Инкубационный период той же оспы длится 12 дней. За такое время странники просто не успевали добираться до места.

Ситуация изменилась, когда появились быстроходные парусные суда, которые и способствовали распространению инфекций. В результате в Средние века оспой болели уже настолько часто, что женщина, у которой на лице не было отметин, считалась красавицей. Точно так же проникли в Европу и другие чисто азиатские болезни - чума, холера, гепатит, грипп.

В эпоху Великих географических открытий эпидемии перекочевали в Америку. В 1521 году среди экипажа испанского судна под предводительством Эрнана Кортеса оказался больной солдат, от которого заразилось несколько местных жителей, и в течение последующих нескольких лет от оспы умерло около 3,5 миллиона индейцев. Именно это заболевание считается виновником гибели цивилизации майя.

В свою очередь, пересекшие океан европейцы на берегах Центральной и Южной Америки и Африканского континента заражались желтой лихорадкой. Желтой она называлась потому, что у заболевшего после резкого подъема температуры начинался сильный озноб, его кожа желтела. Эта болезнь была не менее смертоносной, чем оспа, - большинство инфицированных умирало.

 

Странные эпидемии

В истории медицины кроме описаний хорошо известных заболеваний сохранились также свидетельства о весьма загадочных недугах, возникавших как бы из ниоткуда, охватывавших довольно обширные территории, а затем бесследно исчезавших. Например, в конце ХV века, во времена правления в Англии династии Тюдоров, жители этой страны начали умирать от так называемой «потливой болезни». У заразившихся ею резко поднималась температура, краснело лицо и интенсивно выделялся пот.

Но самым интересным и необъяснимым был тот факт, что болезнь эта настигала прежде всего состоятельных граждан, к тому же взрослые болели гораздо чаще, чем дети. В течение нескольких месяцев от «потливой горячки» один за другим скончались три лорд-мэра Лондона. И таких эпидемий было зафиксировано несколько. Последняя, наиболее тяжелая, в 1562 году охватила не только Англию, но и большую часть Европы. Потом загадочная болезнь внезапно исчезла и больше никогда и нигде не появлялась.

В 1916 году по Румынии впервые прокатилась волна летаргического энцефалита. Главным признаком этого заболевания было непреодолимое желание спать, причем днем. Большинство заболевших, как правило, также умирали, а у выживших навсегда оставались характерные подергивания рук и ног. Вспышки летаргического энцефалита периодически наблюдались вплоть до 1930 года, после чего и эта болезнь исчезла.

 

Корова - двигатель прогресса

В начале XVIII века супруга английского посла в Турции Мэри Монтегю привезла оттуда на родину метод защиты от оспы путем введения (инокуляции) небольшого количества жидкости из пузырьков на коже больных оспой средней тяжести. Через какое-то время инокулированный, как правило, заболевал, но быстро выздоравливал, и после этого оспа ему была уже не страшна. Впрочем, на применение «турецкой защиты» решались немногие: слишком велик был страх заболеть по-настоящему. Но храбрецы находились, и среди них были даже венценосные особы.

Так, в 1768 году в Россию для инокуляции Екатерины II и ее сына Павла был вызван английский врач Томас Димсдейл. После смерти от оспы французского короля Людовика XV этому методу защиты решил подвергнуться его внук Людовик XVI.

Так что идея прививок - подобное упреждать подобным - витала в воздухе. Ее уловил практикующий врач Эдуард Дженнер, который заметил, что крестьянки, которые периодически заражаются коровьей оспой, никогда не заболевают «человеческой». Он и считается отцом вакцинации (от лат. «vassa» - корова). Первую прививку «коровьей оспы» Дженнер сделал в 1796 году восьмилетнему мальчику Джеймсу Фипсу. Когда через полтора месяца Джеймса заразили натуральной оспой, ребенок не заболел.

 

Куриные истории

Казалось, Дженнеру удалось указать медицине путь, по которому можно идти в дальнейшем. Успехи оспопрививания будоражили воображение ученых. Сложилось мнение, что нужно приложить еще совсем немного усилий, и все существующие эпидемии будут побеждены.

Врачи бросались в самую их гущу, самоотверженно ставили эксперименты над собой. Например, выдающийся российский врач-эпидемиолог Данила Самойлович выпил содержимое созревшего бубона чумы, предложив таким образом предохраняться медикам, работавшим в чумных больницах. Сам Самойлович (1744-1805) не заболел, однако вакцина против чумы была создана много позже. Впрочем, и с остальными «противоядиями» долгое время ничего не получалось. Следующая вакцина появилась только спустя 100 лет и практически случайно.

В начале XIX века стало понятно, что те «зверушки», которых наблюдал в окуляр изобретенного им же микроскопа Антон Левенгук, далеко не так безобидны, как казалось на первый взгляд, и многие из них являются причиной страшнейших эпидемий. В результате ученые мужи, склонившие головы над микроскопами, стали выявлять все новых и новых возбудителей болезней. Среди них был и Луи Пастер. В 1881 году к нему за помощью обратились животноводы: падеж скота, вызванный сибирской язвой и куриной холерой, ставил их на грань разорения. И ученый принялся за работу. В попытках найти эффективное лекарство он заражал подопытных кур, но они по-прежнему дохли. Однажды расстроенные ассистенты сообщили ему, что бактерии куриной холеры, оставленные на время каникул в теплом помещении, совершенно потеряли силу: куры перестали заражаться. И тогда в голову ученого пришла гениальная догадка. Птицам начали вводить сначала ослабленные бактерии, а затем - обычные. И куры перестали болеть.

В начале мая 1881 года Пастер пригласил на ферму в Пуилье-ле-Фор многочисленных гостей - ученых, политиков, журналистов - и на их глазах сделал прививку от сибирской язвы 30 овцам и пяти коровам (столько же животных не были вакцинированы). Затем скотину заразили сибирской язвой. Через два дня в живых остались только те, что были привиты.

В 1885 году Пастером была разработана вакцина от бешенства. Он долго не решался провести эксперимент на людях и в конце концов решил проверить действие прививки на себе. Но тут одна женщина привезла к нему из Эльзаса мальчика, искусанного бешеной собакой. Терять было нечего: в любом случае ребенок бы умер, и Пастер начал вводить противостолбнячную сыворотку. После 14 уколов мальчик выздоровел. С этого момента слава Пастера пошла по всему миру, ведь тогда после укуса бешеного животного никто не выживал.

 

Теория защиты

Вместе с поиском возбудителей болезней и способов защиты от них врачей и ученых волновал вопрос, почему и как именно организм борется с инфекциями. Родоначальниками иммунологии признаны Илья Мечников и Пауль Эрлих. Интересно, что оба они выражали прямо противоположные точки зрения и в течение десятилетий вели непрекращающиеся научные дебаты.

Мечников считал, что ни одно заболевание, вызываемое болезнетворными микробами, не обходится без воспаления, и если разгадать сущность воспаления, то откроется и способ, благодаря которому организм борется с микробами. Навстречу микробам движутся блуждающие клетки-защитники, после чего начинается ожесточенная борьба: человека лихорадит, поднимается температура, и в том случае, если фагоцитам (по-древнегречески «фаго» - пожираю, «цитос» - клетка) удается победить микробы, то пациент выздоравливает.

В противовес Пауль Эрлих утверждал, что микробов уничтожают не фагоциты, а кровяная сыворотка и другие тканевые жидкости организма. Однако, как оказалось, правы были оба. И в 1908 году и Мечников, и Эрлих получили Нобелевскую премию в области медицины.

А что же прививки? Со времен Дженнера, создавшего живую вакцину, и Пастера, придумавшего ослабленную вакцину, ничего принципиально нового учеными предложено не было. Улучшилась технология производства, появились новые препараты, однако принципы их создания остались прежние. Но, возможно, вакцины нового поколения будут в корне отличаться от «классических».

Сейчас ведутся интенсивные работы над генно-инженерными вакцинами. В структуру ослабленных вирусов, бактерий дрожжей или клеток высших организмов встраивается ген, который отвечает за образование антигена того возбудителя, против которого будет направлена вакцина.

Самым новым направлением стала разработка метода ДНК-вакцинирования. Идея состоит в том, чтобы встроить гены микроорганизма, ответственные за синтез микробного белка, в геном человека. При этом клетки человека начинают продукцию чужеродного белка, а иммунная система вырабатывает антитела к нему.

Андрей ДОБРЕЦОВ